«Для его характеристики в слове «герой» слишком много букв», решительно заявил нам Виктор Викторович, сидя в кабинете прокурора Автономии. Для того, чтобы пообщаться с «Обозом», он специально вышел сюда на день из предвыборного отпуска.

Правда, местные регионалы его возвращение эти стены считают вообще незаконным. Спикер ВР АРК Анатолий Гриценко аргументирует: Рада Крыма вторично (после того, как Шемчук побыл постпредом Ющенко на полуострове и «попрокурорствовал» в Киеве) добро на это не давала. (Первый и единственный раз депутаты голосовали за него в 2005-м). Шемчук парирует кипами судебных постановлений. Так они и сосуществуют последние три месяца.

В столицу Виктор Викторович готовится вернуться не аутсайдером, а триумфатором – депутатом от «Народной самообороны». Шансы сделаться затем полноценным Генпрокурором у него немаленькие – Луценко уже забросил Ющенко такие «удочки». Впрочем, посредничества Юрия Витальевича может и не понадобится.

У Виктора Ющенко с Виктором Балогой Шемчук и так на очень хорошем счету. Кроме прочего, он дружен с Арсением Яценюком.

Звезда политического счастья Виктора Шемчука только-только всходит. Допускаем, еще и потому, что крымский прокурор родом с Тернопольщины. А это, по нынешним временам, круче, чем донецкая прописка в 2002-м.

«Дело Мельника не закрыто»

За Шемчуком строго наблюдает Ющенко. Что приметно - молодой и здоровый. На снимке Виктор Андреевич - кандидат в Президенты

Вопрос решался в феврале – я тогда работал постпредом Президента в Крыму. Пригласил меня Юрий Луценко. Сказал, что решение принималось консолидировано, обсуждалось со Стретовичем, Катеринчуком. Жизненные позиции, взгляды этих людей близки мне – я дал свое согласие.

Вернувшись на должность прокурора Автономии, я попросил их определиться с целесообразностью моего дальнейшего участия в «НС» - заниматься политикой, будучи действующим прокурором, я не мог. Решили: в списке останусь в качестве беспартийного.

Зачем вы, кадровый прокурорский работник, пошли в политику?

Меня незаконно, незаслуженно и несправедливо «вышвырнули» из прокуратуры Крыма.

Я понимал: нужно что-то менять, причем менять собственноручно.

Внутренний протест, проще говоря?

Да.

Мы еще поговорим о тех, кто «помог» вашему увольнению; о том, что вы им сделаете, когда станете депутатом.

Я не из тех, кто оглядывается назад и мстит.

Это потому, что удельный вес пока не позволяет. Ключевые события, происходящие в автономии, в столице принято связывать с волей нескольких людей в Партии регионов.

Если вы намекаете на Пригодского, то я с ним вообще не знаком. Следовательно – не могу судить о роли Антона Викентиевича в истории с моей отставкой. Думаю, причастны были другие люди – его соратники рангом пониже.

Кто конкретно?
Ну, к примеру, Анатолий Гриценко, Александр Мельник.

Им-то это зачем?

Потому что найти компромиссы с Шемчуком в Крыму у них не получается. Пробовали, но не получается. С Гальцовым, вероятно, им было проще.

Как «пробовали» - деньгами, убеждениями?

Например, Гриценко проводил со мной «душеспасительные» беседы. Дескать, давай не будем ссориться, мы тут все живем бок о бок… Последняя такая была по его автомобилю (несколько месяцев назад спикера ВР АРК уличили в приобретении дорогого авто по неоднозначной схеме, - С.К.).

В 2005-м за Виктора Викторовича отдали свои голоса 84 из 100 крымских депутатов. Гриценко (на фото) спикером тогда еще не был, но общий язык с Шемчуком они находили без проблем

Кстати, что там в истории с машиной? Гриценко ведь оформил ее на себя – выплачивает кредит.

Ни в одном из сомнительных документов его подписей нет. Так что, если дело будет возбуждено и доведено до суда, отвечать, вероятно, станет «товарищ стрелочник». Как обычно…

…Что касается Мельника, то мы не общаемся. Со Львом Миримским у меня такие же отношения, как с Мельником.

Нет в Крыму ни одного человека, которому бы я, при встрече, не подал руки. И, надеюсь, наоборот. В то же время, при наличии достаточных оснований, при подписании санкции об избрании меры пресечения любому, в том числе - Мельнику или Миримскому, рука моя не дрогнет

Но, подчеркиваю, при наличии оснований – презумпции невиновности никто еще не отменял.

Ваш лидер Луценко пытался. Это его привычки – обзывать людей бандитами без суда и следствия.

Не Луценко эту практику ввел! В свое время, в Крыму ее тот же Москаль использовал. Впрочем, по моему мнению, это было вполне оправдано. Другого выхода не было. Если оснований для задержания или ареста лидеров ОПГ не хватало, им просто создавались невыносимые условия: вынуждали покинуть Крым – отрывали их от экономической основы, от подельничков.

Возьмем того же Мельника. У него уже в привычку вошло: при каждой смене власти выезжать в сторону города Москвы.

Мельник и ему подобные, должны быть, по большему счету, благодарны Москалем! Если бы в Крыму продолжалось то же, что в 1995-1996-м – уже б земля под кладбища вся закончилась. А в политике явно было бы меньше людей с «не совсем прозрачным прошлым».

Какие у вас отношения с Геннадием Москалем? Случайно ли Вы оказались вместе в списке «НС»?

Случайно. Геннадия Геннадиевича пригласили в «Самооборону» несколько позже меня. Как, почему – я не знаю, но рад, что мы в одной команде.

Я приехал в Автономию в 1998-м – следователем прокуратуры Симферопольского района, Москаль уже трудился здесь начальником главка. Я знаю настроения, царившие здесь и тогда, и сейчас. Многие крымчане просто боготворят Геннадия Геннадиевича, считая, что он сделал для полуострова больше, чем все политики вместе взятые. Это мнение как рядовых наших граждан, так и сотрудников правоохранительной системы.

Почему тогда вы, совместными с Москалем усилиями, не реализовали на практике лозунг «Крымским бандитам – тюрьмы»? У вас двоих, особенно – у Москаля, работавшего не только начальником крымского главка, но и замом главы МВД, были для этого все возможности.

По объемам привлечения к уголовной ответственности Крым бьет сегодня все рекорды. Это касается и членов ОПГ, и депутатов местных советов, и председателей поссоветов, и других должностных лиц. Так что лозунг «Бандитам – тюрьмы» у нас постепенно воплощается. Может, просто не до всех еще руки дошли (смеется). Некоторые дела, например, до сих пор расследуют. Кое-что Генпрокуратура у нас истребовала. Кроме того, должны сказать свое слово и три следственно-оперативные группы ГПУ, работающие сейчас в Автономии. В том числе, по отношению к тем, кого Луценко называет представителями «фракции СИЗО» в нашем парламенте.

Тем не менее, наиболее громкие «крымские», в том числе – депутатские дела, с треском провалились. Несостоятельность обвинений членам «фракции СИЗО» была успешна доказана.

Позволю себе не согласиться. К Александру Мельнику действительно сегодня вопросов нет, но дело по нему, насколько я знаю, не прекращено. Им занималась Генпрокуратура – лично я ни уголовного дела, ни оперативных материалов не видел.

Сейчас Мельник в Крыму. …Впрочем, я думаю, у него еще все впереди (смеется). Роман Аронов находится в розыске. По Игорю Лукашеву уголовных дел не было.

Дело было по Курочкину. Его закрыли?

Наше дело по Курочкину расследовалось милицией и было истребовано в Генпрокуратуру, нынешнее его состояние мне неизвестно. Это эпизод 2004-го года, когда он у председателя одного из поссоветов требовал подписать акты на 450 гектаров земли ялтинского горно-лесного заповедника. Судом было дано санкцию на его арест, сам Курочкин – объявлен в розыск.

После его гибели крымскому соратнику Максима, депутату ВР АРК от блока Витренко Андрею Сумцову, предоставили охрану – опасаясь, видимо, чтобы с ним не приключилось того же, что произошло с охранниками Курочкина под Плютами.

Прокуратура Крыма ему охраны точно не предоставляла. Я не в курсе насчет этой ситуации.

…Почему, кстати, говоря о моих «благожелателях» вы не упоминаете Бондика? Ему разве моя прокурорская отставка была бы невыгодна? (речь идет о Викторе, родном брате Виталия Бондика – члене ЦИК при Кивалове, нынешнем заме Лавриновича и кандидате в бело-голубые депутаты, - С.К.).

У вас с ним конфликт по Ливадийскому поссовету?

У меня с ним конфликтов нет. Год назад он приходил в этот кабинет – просил помочь решить в Ливадии его личные бизнес вопросы. Я поручил прокурору Ялты разобраться в ситуации. Выяснилось, что претензии Бондика совершенно необоснованны – ему было отказано. Если это повод для конфликта – тогда извините.

… За последние несколько лет прокуратура Крыма вернула государству 25 тысяч гектаров земли. Умножьте эти гектары на среднюю их стоимость – 10 тысяч долларов за сотку, получите два с половиной миллиарда. За такие деньги меня не только с должности можно уволить, а на околоземной орбите распылить на молекулы.

Летом мы много писали о ситуации со строительством структурами Пригодского гольф-клуба в Гурзуфе. Прокуратура тогда обжаловала действия Совмина в суде.

Пока суды проиграны. Прокуратура способна защищать интересы государства, представлять интересы его структур лишь в том случае, если они сами того хотят. Ни у Совмина, ни у Рескомзема, такого желания не возникает - претензий по этой земле у них нет.

Гриценко и Плакида (Премьер Автономии, на снимке - по левую руку от Ющенко), небезосновательно считают Шемчука "человеком Президента"

«Я сильно обиделся – меня убрали из прокуратуры несправедливо»

Еще пару лет назад ваша фигура была политически нейтральной и, скажем прямо, не очень приметной. За достаточно короткий промежуток времени, вас вдруг стали считать «человеком Президента»? Ющенко делает вас своим постпредом в автономии, Луценко – зовет в список, вы становитесь и.о. Генпрокурора. Что это за превращения такие?

Начнем с начала – с постпреда. Впервые этот пост мне предложили еще месяца за два до назначения. Позвонил Арсений Яценюк, зам главы СП на то время, сказал: есть, мол, такой вариант. Подумав, я определил для себя, что останусь в прокуратуре. О разговоре с Яценюком, желая быть предельно честным перед руководством, я сказал Медведько. Очень скоро меня начали бесцеремонно выпихивать из Крыма.

Последний раз я отказывался от портфеля постпреда за две недели до решения Печерского суда о восстановлении в должности прокурора Крыма Владимира Гальцова. Совершенно незаконного, как я считаю, решения, ставшего возможным вследствие беспринципной позиции Генпрокуратуры, что для меня стало полной неожиданностью.

Это постановление появилось в 8:30, около десяти утра я провел запланированную коллегию, после чего проинформировал подчиненных о смене их руководителя. Понимая, что торопиться уже некуда, поехал в диагностический центр – я тогда курс профилактического лечения, как раз, проходил. Вскоре в больнице появился и представитель кадров ГПУ – взял у меня подписку насчет того, что я уведомлен о собственном увольнении. Еще через два часа позвонил Яценюк - наше предложение в силе, говорит. Я согласился. Потом еще через час позвонил Балога, сказал, что завтра Президент приедет меня представлять постоянным представителем в Крыму.

После церемонии представления я спросил у Виктора Андреевича, могу ли продолжить судебный процесс по восстановлению в прокурорской должности. Президент разрешил – сказал, это мое право как гражданина. Я действительно тогда сильно обиделся. Считаю, со мной несправедливо поступили.

Документальное свидетельство легитимности Шемчука-прокурора АРК

Отношения со всеми были стабильные. Между прочим, в 2005-м Анатолия Гриценко пришлось спасать от незаконного уголовного преследования. В этом же кабинете – с другой только мебелью и полом – он клялся в вечной любви и дружбе.

Какие к нему были претензии?

Он тогда работал главой администрации Ленинского района. Нарушения финдисциплины там место имели, но, не уголовно наказуемые - возбуждения дела не предусматривали. К тому же, при принятии соответствующего решения в милиции допустили грубейшие нарушения. Разобравшись в ситуации, постановления мы отменили, со следователя милиции спросили в дисциплинарном порядке.

Справа от Януковича - друг Шемчука , секретарь Ялтинского горсовета Алексей Боярчук. Сейчас - кандидат в нардепы от ПР. глава крымского штаба бело-голубых. Близок к Пригодскому

«Наша Украина» позиционируется командой борцов с коррупцией, хотя у многих ее лидеров у самих с этим не все в порядке. Тот же Луценко запачкан «делом Ерохина», конвертационными центрами, наградными пистолетами, бизнесом жены, в конце-концов.

Для того, чтобы утверждать что-либо столь безапелляционно, нужно иметь основания, видеть материалы соответствующих дел, а у меня такой возможности нет. Это у журналистов все просто.

С пистолетами не очень хорошо получилось – согласен. Но, ведь не министр приказы готовил, инициативу проявляли другие. О таких ошибках говорить необходимо – чтоб не повторять их в будущем. Вот письмо, например, которое Генпрокуратура, после тех событий, рассылала подчиненным.

Нонсенс, согласитесь. Милиция награждает сотрудников надзорного органа. Руководство надзорного органа требует от подчиненных сдать награды. Представляю себе механизм сдачи наградного оружия! (смеется)

Ваше прошлое – тоже не горный хрусталь.

Мое? Совершенно прозрачное… Хотя, пишут, конечно, всякое. Вот, к примеру, материалы, скомпонованные в штабе оппонентов – их готовили для «вброса» в Киеве, мне продали – недорого (листает, но не показывает какие-то бумаги).

Говорят, вы купили дом в Симферополе за 325 тысяч долларов, оформив приобретение на подставное лицо – жителя Керчи.

Вранье! Это все – отсюда (указывает на документы). Там еще фигурирует недвижимость в Давыдовке, в Судаке, в Симферопольском районе – ерунда какая-то. Даже тещу мою, три года как покойную, помянули. Дескать, она – владелец предприятия в Тернопольской области и спонсирует крымскую прокуратуру.

В 2000-м в Полтаве задержали шестерых человек, прибывших на похороны криминального авторитета «Калины». Среди них – Виктора Шемчука и еще одного авторитета по кличке «Айсберг». Тому есть свидетели. Как Вы это поясните? Как Вас вообще на похороны к бандиту занесло?

Бред. Никто меня в Полтаве не задерживал и ни на каких похоронах я не был. В 2000-м был случай: я и два сотрудника милиции возвращались на машине ГАИ из служебной командировки. Отвозили в Генпрокуратуру уголовное дело. Кажется, даже по Миримскому – сейчас уже точно не вспомню. На обратном пути остановились в Лубнах возле магазина. Там, как оказалось, произошло убийство и у всех подряд проверяли документы. Проверили и у нас – удостоверения, командировочные листы, все, как положено. Не более того. Об «Айсберге», в компании которого меня «при свидетелях», как вы говорите, задержали, я даже и не слышал.

Что вы знаете о фонде «Правопорядок и правосудие»?

Есть такой в Крыму – лет десять назад учрежден. Это неприбыльная организация, оказывающая безвозмездную помощь милиции, судам, прокуратуре. Возглавляет Евгений Михайлов, наш вице-премьер, член ПР.

Фонд передает прокуратуре, в частности, машины. Только за этот год – на восемь миллионов гривен.

Передает – правда. На какую сумму – не знаю, но точно не на миллионы. По крайней мере, не для прокуратуры.

Среди них – «Митцубиси паджеро спорт» и «Лэнд Крузер», на которых вы сейчас катаетесь. На актах приема-передачи есть ваши подписи.

Я, как вы изволили выразится, «катаюсь» на служебной «Ауди», полученной в 2005 году из Генеральной прокуратуры Украины. «Лэнд крузера» в прокуратуре нет. «Тойота Прадо» – частная собственность моей жены, но это не имеет отношения к фонду. Джип «Митцубиси» действительно был передан фондом для нужд прокуратуры, как и ВАЗы для горрайпрокуроров. К сожалению, государство не может пока обеспечивать нас всем необходимым. Если б оно думало о прокурорах - мы бы не связывались со всяким фондами.

Попахивает коррупцией!

Я знаю, откуда ваш вопрос и могу сказать, что фонд работает на абсолютно законных основаниях. Поверьте: оппоненты не раз уже проверяли, нет ли среди организаций, перечислявших туда средства, тех, которые проверяет прокуратура. Нет – ни одной не нашли.

А зачем разным структурам безвозмездно вам помогать?

У них спросите. Но чтоб вы знали, крымская милиция, по линии фонда, денег раз в двадцать получает больше, чем прокуратура.

продолжение следует

Соня КОШКИНА, Киев-Симферополь-Киев